Пространство души (продолжение)

И все таки остается вопрос: откуда эта тяга прочь, стремление вырваться? Откуда в нас потребность приращивать свою территорию? Ведь экономичность (а природа экономна) подсказывает обратное решение. Но нам мало жизненного пространства — почему? Почему мы рвемся на природу, спасаемся в сексе, цепляемся за хобби, используем крайние средства — алкоголь и наркотики — почему?..

Дело в том, что мы запрограммированы на другую жизнь. В наших генах спят почки огромных возможностей. Мы даже не подозреваем о них, но организм-то знает, что они в нем есть! — и сигналы о них прорываются в сознание в форме желаний. Вспомните Гете, который говорил, что желания детей — предвестники их способностей. Мы живем, ограниченные своим жалким энергопотенциалом (не объективными обстоятельствами — их нет, если энергопотенциал достаточно велик; нет таких камней, нет таких алмазов, которые не растолчет в пыль эта созданная природой идеальная камнедробилка), который уцелел после материнских забот, болезней и хронического утомления. Но ведь почки-то в нас целы! И организм знает об этом! И чтобы подсказать нам правильный путь (а для себя — выйти на оптимальный режим, начать работать на всю заложенную в него программу), он снова и снова напоминает нам, кем мы можем быть, кем мы должны быть.

Вот где конфликт: территориальный императив обеспечивает только жизненное пространство (значит, самый примитивный уровень психомоторики — пространство на расстоянии вытянутой руки), а в нас заложены возможности психомоторики, способной охватить весь мир. Мы можем не знать об этом, но не чувствовать — не можем. И в минуты просветления (прилива энергопотенциала) мы со сладостным ужасом догадываемся, что ничем не хуже светочей мира, самых великих гениев; что в нас та же начинка, что и в них, только их почки брызнули мощными ветвями, усыпанными — у кого однажды, у кого каждый сезон — чудным цветом, а наши похоронены в нас, но не умерли, прогрызаются наружу, гложут и без того слабосильное тело.

Значит, нас томит, не дает смириться со своим ярмом, со своим ничтожеством вторая природа территориального империтива — зажатое, затурканное, забытое пространство нашей души. То, что отличает нас от животных. То, что отличает нас от машин.

+ + +

Пространство души человека на уровне эмоций зажато в пределы его жизненного пространства. Не будь души — как просто бы ему жилось! Пристойный комфорт, сносная еда, спокойный сон, непыльная работа, приличное здоровье и маленькие удовольствия — ну чем не жизнь? Но душа все портит. И когда не выдерживает пресса отрицательных эмоций — вырывается наружу (на природу, в чужую постель, в алкогольный и наркотический дурман, в хобби, безотказно вырабатывающие суррогаты чувств), как младенец вырывается из пеленок, чтоб на несколько мгновений ощутить себя живым.

Пространство души человека на уровне чувств ограничено его энергопотенциалом. И такое ограничение позволяет нам понять этого человека. Помните? — он потребитель; потребитель культуры; потребитель культуры, которая вошла в него с детства, и, как ни странно, выше этой планки он, как правило, не способен прыгнуть. Все, что ниже этой планки, он понимает, ценит — ведь оно доставляет ему удовольствие. Все, что выше, — недоступно его пониманию (его энергопотенциала недостает, чтобы переварить это явление) и потому оставляет его равнодушным.

Но и доступное удовольствие для него не может быть продолжительным. Почему? По той же причине: энергетический кошелек человека на уровне чувств мал. Чтобы наполнить его, нужно совсем немного: свежатинка, новизна, яркое впечатление. Чувство возникает легко, положительные эмоции пошли, пошли… и переполнили. Одних быстро, почти сразу, других — через полчаса, через час; различие не принципиально. Важно, что насыщение наступает быстро, чувство, как говорят, притупляется. Вы уже помните, что при этом происходит: поскольку нейтральных эмоций нет, то момент равнодушия означает, что эмоции уже переключились, поменяли знак. Через полминуты человек почувствует усталость, еще через минуту — раздражение.

Например, каждому из нас хоть раз в жизни пришлось побывать в музее или картинной галерее. Помните? — только вначале мы были внимательны, разглядывали экспонаты и полотна, значит, энергетически наполнялись. Потом наш взгляд начинал скользить по ним, следя лишь за сюжетами (информация эмоционально нейтральна, значит, насыщение уже произошло, и мы стали терять энергопотенциал). Последние залы мы проходили насквозь, почти ничего не замечая — инстинктивно защищаясь от нарастающих энергетических затрат.

Вспомнили? — после посещения музея мы обычно чувствуем себя разбитыми (а должны бы испытывать подъем!). Может быть, вы слышали: истинные любители ходят в музей посмотреть одну-две картины. По этой же причине выставки, которые к нам привозят из-за рубежа, невелики по размерам. Зато увиденное там запомнится на всю жизнь! И какой подъем, какое воодушевление вы испытываете, посетив эту маленькую выставку!..

Из этого процесса (наполнения-опустошения за счет эмоций и чувств) мы можем сделать необычайной важности выводы.

1. Энергопотенциал, получаемый за счет положительных эмоций, не увеличивает наш основной энергетический фонд, наш энергетический фундамент. Эта энергия идет только на упорядочение нашей внутренней среды, на снятие внутренних напряжений, и как только эта работа закончена — наступает насыщение.

2. Отрицательные эмоции — разрушая нашу внутреннюю среду — стремятся сжечь весь доступный им энергопотенциал. Значит, если их не пресечь (волей, переключением внимания, делом), организм может потерять весь энергопотенциал — и погибнуть. Так можно умереть от пореза мизинца, если лишить кровь возможности свертываться.

3. Наш основной энергетический фонд увеличивается только в двух случаях:

а) когда энергия расходуется в творческом труде;

б) когда энергия расходуется на физические упражнения, результатом которых является приятная усталость.

4. Следовательно, увеличение потребления количества культуры (книг, музеев, концертов) и работа над собой — это два, принципиально разных процесса.

Первый, как уже сказано, — это только потребление, которое, сколько ни увеличивай, не поднимет планку доступной нам высоты ни на один сантиметр.

Второй (см. Предыдущий пункт) — созидание. Повышая свой основной энергопотенциал, мы поднимаем планку своих возможностей, значит, и способность оценить те явления культуры, которые еще вчера были для нас неприемлемы.

5. Пространство души человека на уровне чувств отмеряет свою территорию в детстве. Это его предел. Этими впечатлениями — возвращаясь к ним снова и снова — он будет жить всю жизнь. И останется доволен своей жизнью — если удержится на уровне чувств. Если же случай (любовь, интересная работа, удачное подключение к физической культуре) резко увеличит его энергопотенциал — привычный императив разорвется, и жизнь откроется новая, освещенная страстями и идеями — понятия, о которых до сих пор он знал только понаслышке.

+ + +

Разорвав привычный императив, человек с уровня чувств поднимается на уровень интуиции. Значит, мы смело можем говорить о признаках, по которым всегда узнаем этого человека:

1. Он постоянно приращивает свою территорию;

2. Он счастлив.

Второе не столь очевидно, и мы понимаем, как трудно представить это неизвестное вам состояние. Но пока поверьте на слово, что это так. Позже, надеемся, вы оставите свои сомнения. Но сперва мы должны отбиться от того остроумного читателя, который уже потирает руки, уверенный, что подловил нас на слове. Еще бы! — скупой рыцарь, копя золото, разве не приращивал свою территорию? Разве, пересчитывая золотые и переживая в воображении даруемую ему власть, он не был счастлив? А кулак, который год за годом приращивает свое хозяйство, — разве он не счастлив, любуясь принадлежащим ему молодым поросячьим стадом или тысячами гвоздик, алым морем захлестнувших новую его теплицу? Да что там денежные мешки! Разве средний обыватель, купив новую обувку, не идет в ней этаким чертом, став сразу на пять вершков выше? Разве девушка, впервые надушившись французскими духами, не царица мира? не счастлива? не на пределе своих чувств?..

Вынуждены разочаровать мы все-таки правы, а эти примеры только подтверждают нашу правоту. Каким образом? Во-первых, ни в одном из этих примеров нет приращения территории — есть только укрепление, упрочнение стенок раковины. У первых двух — реальное, в двух других — призрачное. Различие непринципиально, важна объединяющая всех их идея. Которая, кстати, позволяет вывести маленький закон: если человек самоутверждается вещами (ценность которых равна их товарной стоимости), значит, он не способен выйти за пределы своего жизненного пространства (то есть пространство души заточено в темницу территориального императива).

Во-вторых, то, что они почитают за счастье, — это всего лишь положительные эмоции, вызванные инстинктами накопления и приобретения. Их рассуждения о счастье столь же лишены смысла (хотя словами убедить их невозможно — это мы понимаем), как рассуждение зайцев о возможностях слона. Для зайцев слон — это просто очень большой заяц. Увы, соберите их хоть тысячу, хоть сотню тысяч — одного слона все равно не получится. В психологии это звучит так: из тысячи ощущений не получишь одного восприятия; из тысячи эмоций — самых положительных! — не получится одного счастья. Потому что эмоции — внутри нас, а счастье — чувство! — вне. Как и любое чувство. Значит, чтобы добраться до счастья, нужно прежде всего перерасти свою раковину. Как бы ни была она уютна — сломать ее и выбраться на белый свет, дать пространство своей душе. И ощутить новизну.

Вот и снова встречаемся мы с этим словом, пожалуй, ключевым в нашей книге; с принципом, без которого немыслим человек на уровне интуиции. Выходит, двух признаков (приращивание и счастье) мало, чтоб его узнать без ошибки. Выходит, нужен третий признак (опять триада!), чтобы наша система была прочна.

Итак, 3. Он решает задачи.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *